AUP.Ru > Новости   Электронная библиотека   Маркетинговые исследования   Консалтинговые услуги   Тендеры

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]




Начать новую тему Ответить на тему  
Автор Сообщение
Валентин15
  Антинаучная статья.
СообщениеДобавлено: 20.06.17 06:34 

Зарегистрирован: 11.12.16 13:04
Сообщения: 12
Сфера деятельности: пенсионер
«Про бессилие науки перед тайною Бермуд».
В. Высоцкий.
Где-то в 50-х или 60-х годах прочел в журнале «Техника молодежи» статью, в которой утверждалось о необходимости развивать в себе способность к эвристическому мышлению, которое позволяет, дескать, находить решения задач в различных областях науки и техники как бы по наитию в виде необъяснимых эвристических догадок, обходя стороной неотразимую убедительность стройных логических рассуждений. О самом процессе эвристического мышления и способах его развития автор статьи не сказал ничего, ограничившись описанием решенной эвристическим образом задачи, стоявшей перед инженерами всех стран, участвовавших во Второй мировой войне. Заключалась эта задача в настоятельной необходимости предотвращения целенаправленных налетов вражеской авиации на объекты промышленности в ночное время, обнаруживаемых по открытому пламени труб промышленных предприятий. Долго и безуспешно бились соответствующие специалисты всех воюющих стран над решением этой задачи, придумывая всевозможные способы надежной маскировки. Решение все-таки было найдено, но только после переформулирования задачи. То есть, формулировку – «скрыть пламя» заменили формулировкой – «сделать пламя невидимым». Требуемым решением оказалось добавление медного купороса в топки печей промышленных предприятий.
Представляется весьма заманчивым освоить это самое эвристическое мышление для того, чтобы затем походя находить решения различных научных и технических задач. Тем более, что история развития науки и техники предоставляет огромное множество примеров эвристических решений. Наиболее известное из них является «Эврика!» Архимеда, открывшего Закон, хотя, спрашивается, почему Закон, а не свойство жидкости воздействовать на погруженное в нее тело, о котором (свойстве) Архимед догадался, находясь в ванне. Еще одним примером эвристической догадки является Закон всемирного тяготения Исаака Ньютона, хотя и в этом случае позволительно спросить, почему Закон, а не свойство физических объектов материального мира взаимодействовать между собой на расстоянии. Поговаривают, что озаряющая догадка об этом свойстве материи возникла у него тотчас же после падения на его голову яблока. Та же самая периодическая таблица химических элементов Менделеева оказалась очередной эвристической догадкой, возникшей в его голове во время сна.
Не всегда, однако, известны сопутствующие обстоятельства, способствовавшие возникновению той или иной эвристической догадки. Одной из таких является, например, аксиома Евклида о свойстве параллельных прямых. Неизвестно также сопутствующее обстоятельство, способствовавшее изобретению колеса. Но и более древние наши предки внесли свой посильный анонимный вклад в копилку загадочных эвристических находок. В очередной раз такое знаменательное событие произошло тогда, когда один из них с огромным интересом посмотрел на лежащий недалеко камень, проводив только что перед тем унылым взглядом быстро убегающую несостоявшуюся добычу. Вот таким, непостижимым образом человек познавал и осваивал окружающий его материальный мир до появления науки и свойственного ей строгого логического мышления.
Несмотря на многочисленность примеров эвристических решений, само по себе эвристическое мышление представляет собой некую, недоступную обычному пониманию загадку. Сопутствующие обстоятельства, способствовавшие возникновению многих эвристических решений, представляют собой отдельный интерес, который, возможно, потребует когда-нибудь произвести их полную, по мере возможности, систематизацию. Пока что представляется в высшей степени целесообразным выяснить возможность логического мышления находить решения задач, решаемых с помощью эвристических догадок. Остается предположить, что наиболее подходящей для выяснения этого вопроса является такая точная наука как математика.
Можно нисколько не сомневаться в том, что только в результате возникновения многих эвристических догадок у человека сложилось представление о натуральных числах и о способе их сложения с помощью точного порядка арифметических действий. Однако из этого первоначального достижения математики никак нельзя было получить с помощью любых логических рассуждений представление о целых числах и о способе их вычитания. Если таковое представление было все-таки получено, то только в результате возникновения очередных эвристических догадок. Более того, совокупность всех этапов развития математики: от сложения натуральных чисел до дифференцирования, интегрирования и не только, представляет собой длительную последовательность эвристических догадок. Одни из них представляют собой множество неопределенных и неопределяемых в то же самое время понятий, другие – множество бездоказательных и недоказуемых в то же самое время утверждений, называемых аксиомами. Складывавшийся на каждом очередном этапе развития математики математический аппарат не позволял вывести логическим образом переход к этапу следующему. Современный математический аппарат также не позволяет получить с помощью любых логических рассуждений новые неопределяемые понятия и недоказуемые утверждения, необходимые для перехода к следующему этапу развития математики. Если они и будут получены когда-нибудь, то только в виде очередных эвристических догадок.
Существование неопределяемых понятий и недоказуемых утверждений свидетельствует о том, что обозначаемые ими представления обнаружить в природе невозможно. То есть, в реальной действительности не существуют точки, прямые, плоскости и т.д. Если не существуют прямые, то, тем более, не может быть параллельных прямых. Если не существуют параллельные прямые, то нет никакой возможности доказать аксиому о свойстве параллельных прямых. Если математическая логика не в состоянии доказать собственные аксиомы математики, то одновременно она не в состоянии получить новые аксиомы логическим путем. В целом это означает неспособность логического мышления решать задачи, решаемые посредством эвристических догадок. Настолько поразительная ограниченность математической логики означает, что в природе невозможно обнаружить не только представления, обозначаемые неопределяемыми понятия и недоказуемыми утверждениями, но и все другие, получаемые с их помощью, в виде любых количественных отношений и пространственных форм. Получается так, что математика есть наука воображаемая, так как все ее содержание существует только в человеческой голове и нигде более, а вся математическая логика служит только для внутреннего потребления, позволяя всего лишь правильно ориентироваться в пределах уже ранее сложившегося математического аппарата.
Если верить математикам на слово, то можно подумать, что окружающее нас пространство образуется достаточным множеством точек. Однако, даже не математикам известно, что размер точки в любом измерении равен нулю, а сумма любого количества нулей представляет собой один-единственный ноль. Вот так и совокупность любого количество точек образует собой одну-единственную точку и ничего более. То есть, не существует пространства состоящего из одних точек, хотя, вполне возможно, что не существует и такое, которое содержит всего лишь одну точку. Совершив некоторое насилие над здравым смыслом, можно допустить существование такого пространства, но только в качестве воображаемого вместилища для воображаемых же неопределяемых понятий и недоказуемых утверждений\, а также математических количественных отношений и пространственных форм. Очевидно, что существовать такое пространство может только в головах математиков, поэтому и назовем его пространством математическим.
Существует также реальное физическое пространство, рассматриваемое физиками в качестве простого вместилища для перемещающихся физических объектов. Можно предположить существование более тесной связи между пространством и материей, отводя последней роль носителя пространства. Если физики все еще ищут мельчайший кирпичик материи, называемый кварком, то искать его следует, быстрее всего, вместе с сопутствующим ему пространством. В целом можно выразиться в том смысле, что без материи нет пространства, а без пространства нет материи. Короче, если бы физики не знали математику, то они намного лучше знали бы физику.
Вот так и сама физика – наука, которая совсем недалеко ушла от математики, так как, с целью использования математических методов для изучения окружающего нас материального мира, значительно упрощает физические свойства, явления и процессы, рассматривая их в так называемом идеальном или воображаемом виде. Одна только механика использует такие, несуществующие физические свойства, явления и процессы как, например, абсолютно твердое тело, материальная точка, равномерное и прямолинейное движение, а также многие другие, так как не существует никакой возможности описать реальную действительность с помощью идеальных математических методов.
Хранящийся в Международном бюро мер и весов эталон длины является в действительности непостоянной произвольно выбранной мерой, которую невозможно даже представить в виде какой-то части какого-то непостоянной длины меридиана, или в виде непостоянной длины волны какого-то излучения, или в виде какого-то непостоянного расстояния, проходимого светом за какую-то долю настолько же сомнительной секунды. Это означает, что не существует даже идеального, то есть воображаемого эталона длины. Такими же произвольными и непостоянными мерами являются эталоны остальных физических величин, так как в природе не существует ни одного физического объекта, обладающего хотя бы одним постоянным физическим параметром, и нет никакой возможности выяснить точное мгновенное значение хотя бы одного из них.
Математика может считаться точной наукой только тогда, когда она рассматривает безразмерные величины. Физика, со своей стороны, не имеет ничего точного, что можно было бы подставить в математические формулы, которые дают, конечно, некоторый, приемлемый для дальнейших ограниченных теоретических рассуждений или допустимых практических действий, приближенный арифметический результат, но не более того и далеко не в каждом случае. По мере возможности наиболее важные результаты математических вычислений проверяются в процессе практических экспериментов, а затем, по мере необходимости, пересматриваются. Где сейчас была бы та же самая авиация, если бы результаты использования математического аппарата аэродинамики не подвергались проверкам в аэродинамической трубе? Что касается сущности описываемых математикой физических свойств, явлений и процессов, то математические формулы имеют к ней весьма отдаленное отношение, так как в природе не совершаются никакие математические действия. То есть, в окружающем нас материальном мире нет и быть не может в принципе никаких математических ужасов, парадоксов и противоречий, которые если и существуют где-нибудь, то только в человеческой голове и нигде более.
А пока что можно с достаточной для того уверенностью утверждать о том, что совокупность всех этапов развития физики, также как и совокупность всех этапов развития математики, представляет собой такую же длительную последовательность тех же самых эвристических догадок. Одни из них представляют собой такую же совокупность тех же самых неопределенных и неопределяемых в то же самое время понятий, другие – такую же совокупность тех же самых бездоказательных и недоказуемых в то же самое время утверждений. В математике они называются аксиомами, а в физике – фундаментальными законами природы, являющимися в действительности такими же недоказуемыми аксиомами физики.
Налицо очевидное несоответствие, заключающееся в том, что недоказуемое в математике является воображаемыми знаниями о воображаемых же количественных отношениях и пространственных формах, а недоказуемое в физике преподносится в качестве точных знаний о реальных физических свойствах, явлениях и процессах. Над этим несоответствием следует основательно призадуматься хотя бы для того, чтобы вспомнить основоположника немецкой классической философии, которым является Иммануил Кант, и его утверждение о том, что окружающий нас материальный мир совсем не такой, каким мы его себе представляем. С этим утверждением нельзя не согласиться хотя бы потому, что видим мы всегда намного больше, чем понимаем.
Так вот оно, что оказывается! Все то, что мы самонадеянно считаем точными знаниями, является в действительности всего лишь нашими, заведомо ошибочными представлениями о реальных физических свойствах, явлениях и процессах. Каждое новое о них представление всего лишь изменяет наше видение окружающего нас материального мира в целом, которое, надо надеяться, становится более полным, хотя и остается заведомо не соответствующим окружающей нас действительности. То есть, недоказуемое в физике является таким же самым, как и в математике, воображаемым знанием о воображаемых же физических свойствах, явлениях и процессах. Спрашивается, каким-таким образом можно вывести логическим путем точное знание, опираясь на заведомо ошибочное представление, полученное в виде недоказуемой эвристической догадки? Получается, что никакого логического мышления, позволяющего получить хотя бы более полное представление о том или ином физическом свойстве, явлении и процессе, не говоря уже о точном знании, не существует вовсе. Действительно, какое-такое логическое мышление совершается в процессе очередного выяснения результата умножения два на два? Оказывается, что математическая логика – это всего лишь точный порядок действий с абстрактными, не существующими в действительности, понятиями.
Так чем же руководствуются в своей научной деятельности те же самые физики, предлагая вниманию всех остальных свое представление о тех или иных физических свойствах, явлениях и процессах? А руководствуются все они ничем другим, а только лишь собственным здравым смыслом по причине недоказуемости эвристических догадок и отсутствия какого-либо другого критерия их приемлемости. Действительно! Чем еще мог руководствоваться Архимед, предлагая свое представление о характере взаимодействия между жидкостью и погруженным в нее телом? Чем еще мог руководствоваться Исаак Ньютон, предлагая свое представление о характере взаимодействия между удаленными друг от друга физическими объектами? То же самое – химики. Чем еще мог руководствоваться Менделеев, предлагая свое представление о строении периодической таблицы химических элементов? То же самое – математики. Чем еще мог руководствоваться Евклид, предлагая свое представление о свойстве параллельных прямых? Да и никто другой не потребовал у
них никаких доказательств, так как у каждого из всех остальных оказалось достаточно собственного здравого смысла для того, чтобы безоговорочно согласиться с соответствующими утверждениями Архимеда, Ньютона, Менделеева и Евклида. Имеется также множество других примеров, свидетельствующих о том, что многие эвристические догадки воспринимались без каких бы то ни было возражений со стороны кого бы то ни было в виду своей неоспоримой очевидности. В таких случаях говорят, что истина лежала на поверхности. Если такая эвристическая догадка ставится кому-нибудь в заслугу, то нередко следуют возражения типа того, что в уж этом-то тривиальном случае и без того всем все понятно. В свое время, однако, многие наблюдали свойство круглого катиться, однако только один человек смог использовать его для прямолинейного перемещения транспортных средств.
И все-таки, далеко не всегда наблюдается подобное единомыслие в научной среде. Многие ученые от математики, например, достаточно продолжительное время оспаривали криволинейную геометрию Лобачевского. Хотя, казалось бы, о чем могут спорить ученые до настоящего времени уверенные в том, что все или почти все можно доказать? Большей частью предметом весьма ожесточенных иногда научных споров как раз и являются эти самые недоказуемые эвристические догадки. В случае с Лобачевским – это аксиомы криволинейной геометрии, несовместимые с аксиомами геометрии прямолинейной. Именно и только из-за полного непонимания чужих эвристических догадок новое зачастую встречает значительное, а порой и ожесточенное, сопротивление, а не потому, что оно просто новое. Наиболее непримиримые споры в научной среде и не только происходят тогда, когда признание чужих эвристических догадок не то, что основательно меняет, а даже очень болезненного разрушает сложившееся ранее мировоззрение другого человека. Именно такие случаи представляют собой то самое, что называется переоценкой ценностей. Это тогда, когда Платон является другом. В других, более прозаических случаях причинами не всегда достаточно корректных научных споров могут быть: личные амбиции, а то и корысти ради. Научные споры есть большей частью битвы авторитетов, добросовестно усвоивших глубоко ошибочное представление о всемогуществе и непогрешимости хитроумных логических умозаключений. Случаются иногда битвы этими самыми авторитетами, происходящие в отдельных случаях в наиболее неприглядном виде, когда одна спорящая сторона беспощадно избивает ими сторону другую.
Великое множество эвристических догадок, возникших в процессе познания и освоения человеком окружающего его материального мира, свидетельствует о том, что они озарили значительное множество голов, из которых, однако, еще ни одна не созналась в том, что хотя бы единственная догадка возникла в процессе эвристического или какого-либо другого способа мышления. Настолько поголовное неведение свидетельствует о том, что сам процесс мышления невозможно осознать, что вполне соответствует загадочной природе непредсказуемых эвристических догадок, возникающих в процессе образного мышления. Это означает, что в природе не существует никакого эвристического мышления, а есть только лишь мышление логическое и образное. Процесс логического мышления представляет собой непрерывную последовательность логических действий с ограниченным количеством абстрактных понятий, каждое из которых обладает ограниченным количество свойств и взаимосвязей с понятиями другими, которые человек в состоянии представить себе все одновременно или в определенной последовательности. Процесс образного мышления представляет собой сопоставление различных образов, каждый из которых обладает огромным количеством свойств и взаимосвязей с другими образами, все множество которых человек не в состоянии представить себе не только одновременно, но и перебрать все последовательно, так как некоторая их часть находится вне доступной человеку непосредственно области памяти. Тем более бессмысленным представляется процесс сопоставления каждого отдельного свойства одного образа с каждым отдельным свойством образа другого, так как человек не сможет даже вспомнить о многих из них. Однако такое сопоставление происходит в голове человека независимо от его воли и сознания, в результате которого и возникают загадочные эвристические догадки.
Таким образом, каждая эвристическая догадка является реальным практическим шагом в процессе поступательного развития науки и техники в отличие от идеи, длительное продвижение в сторону осуществления которой само по себе требует не одного эвристического решения.

В.Я. Мач.
Вернуться к началу
 
 
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  

Часовой пояс: UTC + 3 часа [ Летнее время ]


Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 0


Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:



Powered by phpBB © 2001, 2007 phpBB Group
© АУП-Консалтинг, 2002 - 2017